Одна и та же процедура легальна в Лондоне и уголовно наказуема в Париже, разрешена жителям страны, но закрыта для иностранцев в Афинах, и полностью запрещена для однополых пар в Киеве — при том что формально в Украине суррогатное материнство разрешено законом. Европа не имеет единого подхода к суррогатному материнству вообще, а к суррогатному материнству для однополых пар — тем более: правовая карта континента выглядит скорее как мозаика из полностью несовместимых друг с другом систем, чем как набор вариаций одного правила.
Для гей-пар, рассматривающих суррогатное материнство, это не абстрактная деталь, а определяющий фактор всего процесса: страна, где будет использован донорский материал и выношен ребёнок, страна проживания пары и страна, где предстоит юридически оформить права родителей, — вопросы, ответы на которые нужно продумать задолго до первого контакта с клиникой.
Большинство стран континентальной Европы — Франция, Германия, Италия, Испания — полностью запрещают суррогатное материнство, вне зависимости от состава пары и от того, коммерческое оно или альтруистическое. Соглашение о суррогатном материнстве в этих юрисдикциях считается юридически ничтожным, а в некоторых случаях организация такой процедуры даже для собственных граждан за рубежом граничит с серой юридической зоной по возвращении домой.
Великобритания представляет промежуточную модель: альтруистическое суррогатное материнство разрешено (суррогатной матери можно компенсировать расходы, но не платить вознаграждение), однако процедура получения прав родителя требует отдельного судебного акта — parental order — уже после рождения ребёнка, и первоначально по умолчанию именно суррогатная мать считается юридической матерью независимо от генетического родства. Греция и Португалия разрешают суррогатное материнство в ограниченных случаях, но обе страны исторически требовали резидентства и/или доказанной медицинской необходимости, что на практике затрудняло или исключало доступ иностранным однополым парам.
До 2022 года Украина считалась одним из самых доступных по стоимости направлений суррогатного материнства в мире, но украинское законодательство ограничивает право на суррогатное материнство гетеросексуальными супружескими парами с медицинскими показаниями — то есть даже теоретически не распространяется на однополые пары, независимо от гражданства. Это ограничение сохраняется и сейчас: сама популярность Украины как направления в публичном пространстве нередко создавала у пар из других стран ошибочное впечатление доступности, которого на практике никогда не было для однополых партнёров.
Похожая ситуация сложилась в Грузии, ещё одном популярном направлении для гетеросексуальных иностранных пар: страна разрешала суррогатное материнство для иностранцев на условиях, также ограниченных гетеросексуальными парами, а в 2023 году грузинское законодательство и вовсе запретило суррогатное материнство для иностранных граждан независимо от состава пары, закрыв направление полностью.
В результате законодательных ограничений на континенте большинство европейских гей-пар, планирующих суррогатное материнство, обращаются к программам в США — прежде всего в штатах с наиболее благоприятным законодательством, таких как Калифорния, где суррогатное материнство для однополых пар разрешено на равных основаниях с любыми другими парами, а права родителей для обоих партнёров могут быть установлены ещё до рождения ребёнка через предродовой судебный приказ (pre-birth order).
Оборотная сторона этой доступности — стоимость: программы суррогатного материнства в США обычно обходятся в диапазоне от 150 до 200 с лишним тысяч долларов, что в несколько раз превышает стоимость программ, ранее доступных, например, в Украине для гетеросексуальных пар. Для многих гей-пар в Европе именно эта разница в стоимости, а не отсутствие желания, становится главным препятствием на пути к родительству через суррогатное материнство.
Юридическое оформление родительских прав в стране рождения ребёнка — только половина задачи. Вторая половина — признание этих прав в стране, куда семья возвращается, и здесь возникает один из самых сложных практических вопросов всего процесса: далеко не все европейские страны автоматически признают права родителей, установленные за рубежом в результате суррогатного материнства, особенно если в самой этой стране суррогатное материнство запрещено.
Ключевым прецедентом в этой области стало решение Европейского суда по правам человека по делу Mennesson против Франции 2014 года: суд постановил, что отказ Франции признать юридическую связь между ребёнком и его генетическим отцом, рождённым через суррогатное материнство за границей, нарушает статью 8 Европейской конвенции о защите права на уважение частной жизни ребёнка. Решение обязало Францию, а на основании этого прецедента — и другие страны Совета Европы, признавать связь ребёнка хотя бы с генетическим родителем, даже если сама процедура суррогатного материнства в стране запрещена, — но это далеко не то же самое, что автоматическое признание прав родителей для обоих партнёров пары.
Практика конкретных стран показывает, насколько разными могут быть последствия одного и того же прецедента. Германия, например, формально запрещает суррогатное материнство, но после решения Верховного суда страны 2014 года признаёт родительские отношения, установленные за рубежом, если хотя бы один из партнёров является генетическим родителем ребёнка, — при условии, что программа проводилась в стране, где суррогатное материнство легально. Швейцария, напротив, долгое время отказывала в признании родительских отношений даже с генетическим родителем, если ребёнок был рождён через суррогатное материнство за границей, и лишь постепенно смягчает эту позицию под влиянием практики Европейского суда.
Даже там, где решение Mennesson и аналогичная практика обеспечивают признание связи с генетическим родителем ребёнка, второй партнёр пары — не имеющий генетической связи с ребёнком — во многих странах вынужден проходить отдельную, зачастую долгую процедуру усыновления ребёнка своего партнёра (stepchild adoption), чтобы получить полноценные права родителя. В некоторых юрисдикциях эта процедура занимает месяцы или годы и в этот период оставляет ребёнка юридически связанным только с одним из двух фактических родителей.
Эта асимметрия создаёт практические риски, выходящие за рамки бюрократического неудобства: если генетический родитель по какой-либо причине не может выполнять родительские обязанности, а усыновление вторым партнёром ещё не завершено, юридический статус ребёнка и его отношения со вторым родителем могут оказаться крайне уязвимыми. Именно поэтому специалисты по международному семейному праву рекомендуют начинать процедуру усыновления вторым партнёром как можно раньше, параллельно с другими юридическими шагами, а не откладывать её на потом.
Практическая сторона суррогатного материнства для гей-пары устроена сложнее, чем для гетеросексуальной пары, использующей суррогатное материнство по медицинским показаниям: партнёрам нужно не только найти суррогатную мать, готовую выносить ребёнка, но и отдельно подобрать донора яйцеклетки, поскольку у пары просто нет собственной яйцеклетки. Это означает два параллельных процесса подбора, два комплекта юридических соглашений и, как правило, более длинный общий график программы — от подбора донора и суррогатной матери до рождения ребёнка обычно проходит от полутора до двух с половиной лет.
Отдельный практический вопрос — согласуют ли партнёры донора яйцеклетки и суррогатную мать как одного и того же человека или как двух разных людей. В большинстве современных программ эти роли разделяют намеренно: считается, что смешение генетического родства и вынашивания создаёт более сложную психологическую и юридическую ситуацию, тогда как разделение ролей снижает как эмоциональные, так и правовые риски для всех сторон, включая саму суррогатную мать.
На фоне закрытия Украины и Грузии для однополых пар и высокой стоимости программ в США часть европейских пар обращает внимание на Канаду, где альтруистическое суррогатное материнство разрешено для пар любого состава на федеральном уровне с 2004 года. Стоимость канадских программ обычно ниже американских, хотя и здесь запрещено прямое вознаграждение суррогатной матери сверх компенсации расходов, что ограничивает число женщин, готовых участвовать в программе, и увеличивает время ожидания.
Одновременно появляются и менее устоявшиеся направления в Латинской Америке — Колумбия и отдельные штаты Мексики, где законодательство либо разрешает суррогатное материнство без прямого запрета для однополых пар, либо не регулирует эту сферу достаточно чётко. Специалисты по международному репродуктивному праву обычно советуют относиться к таким направлениям с повышенной осторожностью: отсутствие прямого запрета — не то же самое, что наличие ясной правовой защиты, а неотрегулированность рынка увеличивает риски как для родителей, так и для суррогатных матерей.
Ниже — минимальный набор вопросов, которые специалисты по международному репродуктивному праву рекомендуют прояснить до начала программы суррогатного материнства.
Мы намеренно ограничиваемся здесь общими закономерностями, а не юридической консультацией для вашей ситуации. Вопросы, связанные с выбором юрисдикции, юридическим статусом обоих партнёров и признанием прав родителей по возвращении домой, — повод для консультации с юристом, специализирующимся именно на международном репродуктивном и семейном праве, а не с юристом общей практики: законодательство в этой области меняется быстро и сильно различается между странами.
Суррогатное материнство для гей-пар в Европе — это не единый маршрут, а серия юридических развилок, на каждой из которых правила меняются от страны к стране, а иногда и от года к году: направления, ещё недавно казавшиеся доступными, закрываются законодательно, а решения международных судов постепенно, но не полностью выравнивают правовое положение детей, рождённых при помощи суррогатного материнства, в разных юрисдикциях.
Практический вывод для пар, рассматривающих этот путь: правовые вопросы — страна проведения программы, признание прав родителей, юридический статус второго партнёра — нужно прояснить не после, а до начала процесса, и делать это с помощью специалиста по международному семейному праву, а не полагаясь на опыт других пар.
MAPASGEN
Join thousands building families on their own terms.
Join Free