Четыре соседних страны — четыре принципиально разных подхода. Для тех, кто планирует лечение или со-родительство с участием граждан этих государств, понимание правовой базы — не формальность, а необходимость.
Европейский союз не имеет единого законодательства о вспомогательных репродуктивных технологиях. Каждое государство-член устанавливает собственные правила — и разброс колоссален. Что разрешено в Испании, может быть уголовно наказуемо во Франции. То, что является рутиной в Дании, остаётся предметом острых дискуссий в Польше. Четыре страны — Италия, Австрия, Швейцария и Польша — представляют особенно контрастный срез европейских подходов к репродуктивному праву.
Знать их важно по нескольким причинам. Во-первых, граждане этих стран активно участвуют в репродуктивном туризме — и им необходимо понимать правовой статус своих действий. Во-вторых, международные пары со-родителей, где один партнёр является гражданином одной из этих стран, сталкиваются с конкретными правовыми последствиями дома. В-третьих, медицинский туризм из этих стран имеет свою специфику именно потому, что внутреннее законодательство ограничено.
Итальянский закон 40/2004 о вспомогательной репродукции — один из наиболее ограничительных в Европе. Он принимался в острой политической борьбе и стал компромиссом между медицинским сообществом, католической церковью и политическими силами разной ориентации. Компромисс получился, мягко говоря, своеобразным.
Что закон запрещает:
В 2014 году Конституционный суд Италии признал запрет гетерологичного донорства (от третьих лиц) неконституционным. Это открыло путь к донорству яйцеклеток и спермы для пар, состоящих в браке или стабильном гетеросексуальном союзе. Однако одинокие женщины, однополые пары и суррогатное материнство по-прежнему находятся вне закона.
Практическое следствие: Италия лидирует в Европе по числу граждан, уезжающих на лечение за рубеж. По оценкам итальянских репродуктологов, ежегодно несколько тысяч итальянских пар проходят ЭКО с донорскими яйцеклетками в Испании, Греции, Чехии и других странах. Это явление настолько масштабно, что имеет собственное название — «туризм фертильности».
Для со-родителей с итальянским гражданством: правовое оформление со-родительства в Италии крайне затруднено. Итальянское право признаёт только традиционную родительскую пару — мать и отца. Однополые пары получили право на гражданские союзы в 2016 году, но усыновление и совместное родительство для них остаются предметом судебных споров. Ребёнок, рождённый в результате со-родительства за рубежом, может столкнуться с серьёзными трудностями при признании второго родителя в Италии.
Важная деталь 2023 года: итальянские власти приняли циркуляр, фактически запрещающий регистрацию детей, рождённых с помощью суррогатного материнства за рубежом, с двумя отцами. Это вызвало острые дискуссии и судебные обжалования — ситуация продолжает меняться.
Австрийский закон о репродуктивной медицине (FMedG) принят в 1992 году и с тех пор неоднократно пересматривался — каждый раз в сторону либерализации, хотя и медленной. Австрия долго оставалась одной из самых ограничительных стран ЕС в этой области. Но ситуация изменилась.
Реформа 2015 года была принципиальной. Конституционный суд Австрии признал неконституционными запреты на донорство яйцеклеток и на доступ к ЭКО для однополых женских пар. С 2015 года доступ к ВРТ имеют:
Что по-прежнему запрещено в Австрии:
Открытое донорство в Австрии сделало страну менее привлекательной для репродуктивного туризма в качестве поставщика донорских яйцеклеток, но более привлекательной для тех, кто ценит прозрачность происхождения для ребёнка. Австрийские банки спермы работают с открытыми донорами и принимают пациентов из других стран.
Для со-родителей: Австрия допускает регистрацию двух родителей одного пола в свидетельстве о рождении для однополых пар, состоящих в зарегистрированном партнёрстве. Для со-родителей без романтических отношений — правовая ситуация менее разработана и требует индивидуальной юридической консультации.
Швейцария — не член ЕС, что даёт ей полную автономию в регулировании ВРТ. И она ею пользуется — в своём, весьма своеобразном стиле. Основой является Федеральный закон о медицински поддерживаемом деторождении (FMedG) 1998 года, дополненный соответствующей статьёй Конституции.
Конституция Швейцарии напрямую запрещает суррогатное материнство — это не просто закон, это конституционная норма. Изменить её можно только через референдум. Донорство яйцеклеток было запрещено вплоть до 2017 года — и это при том, что донорство спермы существовало десятилетиями. Референдум 2016 года изменил ситуацию: граждане Швейцарии проголосовали за разрешение донорства яйцеклеток для лечения бесплодия.
Текущая картина в Швейцарии. ЭКО с донорскими яйцеклетками — разрешено для гетеросексуальных пар (в браке или в зарегистрированном партнёрстве). Одинокие женщины и однополые пары — не имеют доступа к ВРТ с донорским материалом в рамках швейцарского законодательства. Суррогатное материнство — конституционно запрещено. ПГТ — разрешено с 2017 года, что было значительным шагом вперёд. Донорство яйцеклеток — анонимность запрещена: данные донора хранятся и могут быть предоставлены ребёнку по достижении восемнадцати лет.
Для одиноких женщин и однополых пар из Швейцарии это означает: лечение — за рубежом. Испания, Дания, Чехия принимают значительное число швейцарских пациенток, которым закрыт доступ дома. После возвращения из-за рубежа возникает вопрос о правовом признании второго родителя — и здесь швейцарское право создаёт серьёзные трудности.
В 2022 году Швейцария приняла закон о признании однополых партнёрств полноценным браком — это улучшило ситуацию, но не решило вопрос доступа к ВРТ для этих пар внутри страны.
Польша — пожалуй, самый динамичный пример того, как смена политического режима может радикально изменить репродуктивное законодательство за короткое время. Закон о лечении бесплодия, принятый в 2015 году при правительстве Туска, был относительно либеральным по польским меркам: разрешал ЭКО, включая с донорским материалом, для пар.
Пришедшая к власти в 2015 году партия «Право и справедливость» несколько раз пыталась ужесточить закон — особенно в части ограничения числа оплодотворяемых яйцеклеток (до 3 вместо стандартных 6–8), что фактически снизило бы эффективность ЭКО. Эти попытки вызвали протесты медицинского сообщества и пациентов.
Текущая ситуация в Польше (по состоянию на 2025 год). ЭКО — разрешено для гетеросексуальных пар. Донорство яйцеклеток и спермы — разрешено, анонимное. Одинокие женщины — правовой статус неоднозначен и зависит от интерпретации. Однополые пары — доступа к ВРТ нет. Суррогатное материнство — запрещено. Аборты — один из самых жёстких режимов в ЕС: разрешены только при угрозе жизни матери или в случае изнасилования. ПГТ — формально разрешено, но на практике применяется ограниченно.
После смены правительства в 2023–2024 годах новая коалиция во главе с Дональдом Туском обозначила намерение либерализировать репродуктивное законодательство — включая расширение доступа к ЭКО и изменение норм об абортах. Процесс идёт медленно из-за политических разногласий внутри коалиции. Репродуктивное законодательство Польши остаётся одним из наиболее нестабильных в Европе — и следить за изменениями необходимо в режиме реального времени.
Ключевое правило, которое нужно знать: законодательство страны постоянного проживания определяет правовой статус ребёнка и родителей, а не законодательство страны, где проводилось лечение. Гражданка Италии, прошедшая ЭКЗ с донорской яйцеклеткой в Испании, возвращается домой с ребёнком, чьё происхождение не признаётся итальянским законом в полном объёме. Швейцарская пара, воспользовавшаяся суррогатным материнством за рубежом, столкнётся с серьёзными трудностями при регистрации ребёнка на родине.
Это не означает, что репродуктивный туризм невозможен или незаконен. Он возможен — и он массовый. Но он требует правовой подготовки заранее: консультации семейного юриста в стране проживания до начала лечения, а не после рождения ребёнка. Особенно это касается со-родителей, которые по определению выстраивают нестандартную родительскую конфигурацию.
Италия, Австрия, Швейцария и Польша — четыре страны с принципиально разными подходами. Австрия либерализировалась и продолжает этот путь. Швейцария движется медленно, упирается в конституционные ограничения, но делает шаги вперёд. Италия имеет либеральные прецеденты конституционного суда, но политически остаётся консервативной. Польша — самый непредсказуемый контекст, где закон меняется вместе с правительством. Для любого, кто связан с этими странами через гражданство, проживание или партнёрство, — понимание правового ландшафта не менее важно, чем выбор клиники.
MAPASGEN
Тысячи людей уже строят семьи на своих условиях.
Присоединиться бесплатно