В 1995 году швейцарский биолог Клаус Ведекинд провёл эксперимент, который стал классикой поведенческой генетики. Он попросил 44 мужчины носить одну и ту же хлопковую футболку двое суток подряд — без дезодоранта, без парфюма, без сильно пахнущей еды. Затем 49 женщин нюхали эти футболки и оценивали запах по критериям «приятный» и «сексуально привлекательный».
Результат оказался неожиданным: женщины предпочитали запах тех мужчин, чьи гены HLA (Human Leukocyte Antigen — система лейкоцитарных антигенов человека) наиболее сильно отличались от их собственных. При этом некоторые женщины отмечали, что «приятный» запах напоминает им бывших партнёров или близких родственников. Это тоже оказалось закономерностью: женщины, принимавшие оральные контрацептивы, выбирали запахи, похожие на запах похожих HLA — то есть ближе к родственникам, а не дальше.
HLA — это система белков на поверхности клеток, которая позволяет иммунной системе отличать «своё» от «чужого». Именно эти белки распознают патогены и запускают иммунный ответ. Система HLA — одна из самых генетически разнообразных у человека: существуют тысячи вариантов генов HLA, и у каждого человека уникальная комбинация.
Эволюционная логика предпочтения «несхожего» HLA проста: ребёнок, унаследовавший от родителей разные варианты HLA, получит более широкий иммунный репертуар. Он сможет распознавать и нейтрализовывать большее разнообразие патогенов. Это не абстрактная теория — это подтверждённое эволюционное преимущество.
Как запах передаёт информацию об HLA: Молекулы, влияющие на индивидуальный запах тела, частично определяются микробиомом кожи. А состав микробиома, в свою очередь, зависит от иммунного профиля хозяина — включая HLA. Таким образом, запах тела буквально является химическим «резюме» иммунной системы. Мы читаем его носом — бессознательно.
Открытие Ведекинда имеет важное практическое следствие. Оральные контрацептивы имитируют гормональный профиль беременности. В этом состоянии эволюционно выгодно находиться рядом с генетически похожими людьми — с родственниками, которые окажут поддержку. Гормональная контрацепция, по всей видимости, сдвигает обонятельные предпочтения в ту же сторону: в направлении генетически схожих партнёров.
Это порождает реальный жизненный сценарий: женщина знакомится с мужчиной и влюбляется, принимая контрацептивы. Когда она прекращает их принимать — например, желая забеременеть — запах партнёра может начать казаться менее привлекательным. Его реальный HLA-профиль перестаёт «скрываться» за гормональным сдвигом.
У большинства млекопитающих есть вомероназальный орган (орган Якобсона) — специализированная структура для детекции феромонов. У взрослого человека вомероназальный орган либо отсутствует, либо присутствует в виде рудимента без функциональных нервных связей с мозгом.
Это не значит, что человек не реагирует на химические сигналы. Реагирует — но через обычную обонятельную систему, а не через специализированный феромонный канал. Молекулы андростадиенон (содержится в мужском поте) и эстратетраенол (в моче женщин) изучались как возможные человеческие феромоны — с неоднозначными результатами. Консенсуса в науке пока нет: человеческие феромоны в классическом смысле не подтверждены.
MAPASGEN — mapasgen.com